Белка Стрелка и Юрка

[warusa]

Пост посвящен всем тем малограмотных хомякам или просто микроцефалам, которые вчера целый день засирали френдленту портретами Гагарина и восторженным тявканьем в его славу. Я, как и год назад, хочу всем им напомнить то, кто все-таки подлинно заслуживает настоящих почестей за способность хоть и не надолго, но опередить США в космической гонке. Гагарин, которого вы все так любите просто сидел в капсуле и практически ничего не делал все 108 минут полета. Да, он обладал прекрасным здоровьем, выдержкой итп, но таких как он можно отыскать несколько тысяч (если не больше) на весь тогдашний СССР. А где вы найдете такого инженера как Королев? Особенно в условиях "социализма", где талантливых людей расстреливали по совершенно идиотским обвинениям. Даже сам Королев был внесен в расстрельный список за вредительство, завизированный лично Великим и Мудрым Сраленым, это не считая того, что Сергею Павловичу капитально подорвали здоровье работы на Колыме и "допросы" выродков с Лубянки: (далее все цитаты курсивом приведены из книги Юрия Караша "Тайны Лунной Гонки")
«В феврале 1988 года я беседовал с членом-корреспондентом Академии наук СССР Ефуни. Сергей Наумович рассказывал мне об операции 1966 года, во время которой Сергей Павлович умер. Сам Ефуни принимал участие в ней лишь на определенном этапе, но, будучи в то время ведущим анастезиологом 4-го Главного управления Минздрава СССР, он знал все подробности этого трагического события. „Анестезиолог Юрий Ильич Савинов столкнулся с непредвиденным обстоятельством, — рассказывал Сергей Наумович. — Для того чтобы дать наркоз, надо было ввести трубку, а Королев не мог широко открыть рот. У него были переломы обеих челюстей…"». Факт этот подтверждается и тогдашним министром здравоохранения Б. В. Петровским, который лично оперировал Королева (Петровский занял пост главы Минздрава за пять месяцев до операции). По словам Петровского, главный конструктор «скрывал, что у него были сломаны челюсти и он не мог широко открыть рот. Оперируя людей, прошедших ужасы репрессий 30-х годов, я довольно часто сталкивался с этим явлением. У меня нет никаких сомнений, что во время допросов в 1938 году Королеву сломали челюсти…»

Другой вопрос: а если бы в первый полет отправили, например, Титова? Вы все на него точно также наяривали как сейчас пускаете слюну на Гагарина? А в чем тогда уникальность этого человека? Честно, вчера увидел всего 1 или 2 упоминания о Королеве, все остальные 95% постов были про космонавта, причем в любых спорах об этой несправедливости мне в ответ чаще всего шипели о каком-то "кощунстве", лол. Мне кажется все это говно тянется прямо из совка, где конструкторов прятали от всего мира и совершенно незаслуженно обходили вниманием:



"Так, Королев печатался только на страницах «главной» газеты страны «Правда» и только под псевдонимом «профессор К. Сергеев». <...> Сам Л.И.Седов во многом выполнял те же функции, что и возглавляемая им комиссия. Вот как рассказал об этом известный российский историк космонавтики Ярослав Кириллович Голованов: «Леонид Иванович оказался в центре внимания. Ему преподносили шоколадные ракеты, фотографировали со знаменитыми красавицами, а через несколько лет, когда спутник действительно полетел, нарекли «отцом русского спутника». Он, насколько мне известно, подобные утверждения не оспаривал, хотя и не подтверждал, обаятельно и таинственно улыбался, вместо того чтобы с той же обаятельной улыбкой сказать: „Уважаемые дамы и господа! Я ученый-механик. У меня есть хорошие работы по гидро- и аэродинамике. Но к ракетной технике и изучению космического пространства я никакого отношения не имею, а служу лишь ширмой, за которой прячутся те, кто имеет…" Но Седов этого не сказал, полмира объездил и «отцом русского спутника» пребывал несколько лет. Мне его всегда было жалко. Мне кажется, это унизительно для настоящего ученого…»[19]. О степени технической осведомленности Леонида Ивановича в «спутниковых» делах говорит такой эпизод, хорошо запомнившийся всем на космодроме. Уже после запуска первого ИСЗ Королев пригласил Седова на очередной старт, показывал ему МИК (монтажно-испытательный корпус) и стартовую площадку. Там уже стояла очередная «семерка» (ракета Р-7, известная, как «Союз»). Расхаживая вокруг нее, Седов спросил простодушно:
– Сергей Павлович, а где, собственно, спутник? Королев опешил. Потом присел на корточки, протянул указующий перст к верхушке ракеты и не своим, писклявым голосом запел:
– Во-о-о-он там![20]
По словам Голованова, «те же, кто был хоть немного в курсе, например А. А. Благонравов[21], С. Н. Вернов[22], были опутаны такими подписками о неразглашении государственных секретов, что говорили одни банальности, а потому мало отличались от непосвященных».
То же происходило и с теми, кто на самом деле имел прямое отношение к космической программе. Именно потому, что они действительно знали свое дело, цензура проявляла к ним особенную строгость. Их статьи были абстрактны, отрешенны и понять, какая связь между автором и тем, о чем он пишет, было невозможно. Так писали все: «профессор К. Сергеев» (С. П. Королев), «профессор В. Петрович» (В. П. Глушко[23]), «профессор В, Иванченко (Б. В. Раушенбах[24]), «М. Михайлов» (М. С. Рязанский[25]), «Б. Евсеев» (Б. Е. Черток), «О. Горлов» (О. Г. Газенко[26]) и другие замаскированные специалисты[27]. <...> Знаменитый ученый в области химической физики, лауреат Нобелевской премии академик Н. Н. Семенов рассказывал Голованову, что Келдыш[28]якобы получил предложение Шведской Академии наук присудить Нобелевскую премию человеку, руководившему запуском первого ИСЗ, для чего шведам надо было, как минимум, знать, кто этот человек. Бумага эта была переправлена Хрущеву, который быстро решил сложный вопрос: «Автор спутника? Весь советский народ!»[29]Комментарии излишни…
Абсурд секретности, окружавшей советскую космонавтику в самом начале ее существования, достиг апофеоза в 1962 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 апреля 1962 г. в ознаменование полета Гагарина был установлен День космонавтики — 12 апреля. В зале Кремлевского дворца съездов прошло торжественное собрание, посвященное первой годовщине полета. На нем выступил Гагарин. Но в президиуме не было ни одного главного конструктора, ни одного из действительных участников создания ракеты и корабля[30]."

Очень похоже на сегодняшнюю ситуацию в черепных коробках россиянчегов, не правда ли? Еще одна цитата напоследок:

"Однако Черток вспоминал, что и Королев, и Глушко, люди весьма честолюбивые и имевшие уже академические звания, «очень болезненно» воспринимали славословия мировой прессы в адрес тех, кто, выполняя «партийное поручение», выступали в роли «родителей» спутника, а после — полета Гагарина[101]. Скорее отношение конструкторов к тайне, поглотившей их вместе с работой, которую они делали, можно назвать «смех сквозь слезы». Шофер Королева, очень переживавший, что его Главного никто не знает, однажды спросил у Сергея Павловича, когда его «откроют», когда люди о нем узнают? «Вот умру, и сразу все узнают!» — ответил Королев с какой-то веселой удалью. Он угадал точно: только смерть, которая никому не подчиняется, рассекретила его…»"

В общем, на мой взгляд, причиной этой массовой амнезии является то, что нынешняя рашка не только не способна создавать никакие новые идеологические конструкты, лишь воруя совдеповские (дидывоевале, ко-ко-ко), но и она вообще не способна даже понять, переварить и, если надо, заново переоценить то что ей досталось в наследство. Сверху еще несколько десятков лет назад рабам приказали чествовать только одного, и они до сих пор без малейших намеков на самостоятельное мышление это делают.

P.S. специально повесил в заголовок тюремную фотку Королева, уж очень многое в советской космической программе она символизирует.

via http://rus-military.livejournal.com/118202.html