Граждане против мафии

Оригинал взят у h0la_kitty в Граждане против мафии

На "АПН Северо-Запад" поставили мой текст о Мексике, парамилитарес и гражданских инициативах.

Граждане против мафии

Моя страничка на АПН-СЗ

Пишу я туда достаточно редко, в силу, наверное, большой разницы мировоззрений, но люди вполне серьезные и ответственные в плане сотрудничества с авторами, нареканий никаких не вызывают.
Статья написана довольно давно, и если в Мексике произошли какие-то изменения за прошедшее время - не спешите меня Обличать.



Времена, когда мафия и правительства воевали друг с другом, кажется, ушли в прошлое. Следуя коррупционной государственнической логике, они приходят к компромиссу, задруживаются и в итоге сливаются до полной неразличимости - и вот граждане уже не могут понять, то ли перед ними еще бандит, то ли уже государственный чиновник; то ли к ним приехали бандиты, то ли полиция. Криминал в процессе освоения новых экономических пространств сначала конкурирует с инертным, истеричным и склонным запрещать все новое государством, а затем срастается с ним, входит в долю и проникает в правительство. И если на первом этапе простые граждане могут извлечь для себя выгоду от бодания ослабленного, побитого криминалом государства, с мафией, то второй этап сулит гражданам огромные проблемы. Привыкший решать вопросы быстро и резко, криминал привносит свои методы в государственную систему, и вскоре полиция начинает выбивать показания из задержанных, тюрьмы наполняются теми, кто не по понятиям пасть открыл на паханов, а силовики переключаются на поставку трупов в промышленных масштабах, называя это борьбой с терроризмом, войной с наркотиками, нулевой терпимостью или еще как.

В Латинской Америке сращивание государства и криминала - вещь достаточно обычная. Любопытно, что латинские парамилитари-движения делились в общих чертах на три категории: "законнические", военные и мафиозные. Первые собирались и начинали боевые действия только в случае государственного или иного террористического беспредела, и моментально распускались, как только власть в стране брали в руки адекватные люди. Наиболее характерный пример таких "законников" - это чилийская Patria y Libertad и родственные ей структуры времен Альенде. Сорганизовавшись и начав противостояние социалистам, PyL распустились как только власть в стране взяла Правительственная хунта. Военные парамилитари-организации были характерны для стран, где "погоны" играли важнейшую или решающую роль. Яркий пример такого режима - парагвайский стронизм. Придя к власти, Альфредо Стресснер начал агрессивно интегрировать армию в гражданское общество, передав различным родам войск контроль и доходы с табачной, алкогольной, транспортной индустрии, проституции и наркотрафика. Мафии в общепринятом смысле слова в Парагвае не стало, по Асунсьону можно было гулять в любое время суток - все мафиозные бизнесы "отжала" армия. Наконец, мафиозные парамилитари - это гангстеры, которые начали сотрудничать с правительством в обмен на иммунитет от преследований, разрешение вести криминальный бизнес и тд. В качестве примеров можно назвать боливийский гарсиамесизм, гаитянский пападокизм, колумбийских AUC, сальвадорских и гондурасских ультраправых боевиков-наркотрафикантов, некоторые мексиканские картели.

Некоторые режимы, как боливийский или гаитянский, открыто делали ставку на кооперацию с криминалом и его интеграцию в общество некоторые формально открещивались от боевиков, при этом продолжая сотрудничество с ними. Минус подобного сотрудничества заключается в том, что правительственная сторона в итоге оказывается сильно замазанной и коррумпированной. В итоге криминал может начать выкручивать руки президенту и диктовать ему условия. Подобную ситуацию мы можем наблюдать в Мексике - насквозь прогнивший, раздутый, замазанный в сотрудничестве с картелями и коррумпированный государственный аппарат исключает любую возможность проведения реформ и чистки кадров. Процесс сращивания власти и криминала зашел уже так далеко, что никакие полумеры не помогут - нужно ломать всю систему и строить ее заново. Бандиты при поддержке власти отнимают земли у владельцев, "экспроприируют" собственность, занимаются переделом имущества в свою пользу, убивают мирных жителей, которые мешали "воинам" заниматься своими делами.

На мой взгляд, пользу обществу могут принести только выступающие с оппозиционных позиций ополчения - они укрепляют позиции регионов, способствуют развитию здорового федерализма, и не дают федералам обнаглеть окончательно и подчинить себе всю страну на тоталитарных условиях. Ценность других категорий парамилитарес весьма спорная - если на начальном этапе они могут играть некую позитивную роль, например, ликвидировать "конкурирующих" боевиков и террористов, как поступали AUC в Колумбии (они воевали с ультралевыми FARC), то в дальнейшем они превращаются в коррупционную государственническую силу, по сути - дополнительную теневую армию силовиков, руки которых не связаны даже слабенькими законами. Слияние же армии, криминала и правительства, осуществленное Альфредо Стресснером, породило вообще один из наиболее коррумпированных правых режимов, который в итоге надоел всем - при том, что экономически стронистский Парагвай переживал небывалый экономический подъем; доходило до того, что правительство отменяло даже подоходный налог. Однако именно в силу страшной коррумпированности и закрытости политической жизни в Парагвае не случилось чего-то наподобие "чилийского чуда". Все же армия и гражданское общество - это совсем разные структуры, и я пока не видела успешного опыта их слияния. Поэтому по мексиканскому вопросу я целиком на стороне сил самообороны и против картелей и их правительственных хозяев.

Мексиканцы долго терпели происходящее. Фелипе Кальдерон, президент от правых сил, обещал прекратить беспредел картелей. Он объявил войну наркотикам, ввел режим нулевой терпимости и... проиграл - столкновения силовиков и картелей участились, обнаружение братских могил стало нормой жизни, а распиленные тела и отрезанные головы с засунутыми в рот письменными требованиями оставить боевиков в покое перестали удивлять граждан. Победить мафию силами мафиозного государства не удалось. Поэтому граждане, вспомнив чилийский опыт, когда добропорядочные люди объединились в Patria y Libertad с целью противостоять альендевским экспроприаторам, начали создавать свои милиции. Опыт получился очень занятным и, как водится, весьма успешным. Потому что проблемы региона, города или штата лучше всего смогут решить местные жители, а не присланные федералы, которые не имеют представления, как что работает, но зато уверены в том, что в регионах живет звероподобное быдло, которое не нужно принимать во внимание.

( Read more... )